История Сахарного замка

 

Рассказывает автор проекта Валерий Данильчук: «Участок земли на хуторе Сахарный я получил еще до кризиса 1998 года. В то время хутор был большой глухоманью, куда вела грунтовая дорога, поэтому, когда лесхоз нарезал дополнительные участки, желающих приобрести эти участки оказалось немного. 

Первым делом я залил чашу для бассейна и фундамент для дома. Фундамент для дома был маленьким, так как рассчитывался под дачу. О том, что через Волгу когда-то построят мост, и в доме можно будет жить, я и не мечтал. 

В то время в Краснослободске можно было достать только цемент. Все строительные материалы нужно было привозить из Волжского или паромом из Волгограда. Часть кирпичей покупал у частников. Это были старые кирпичи из разобранных зданий. 

Потом случился кризис и на некоторое время строительство затормозилось. Через два года построил баню и беседку. Когда начал возводить первый этаж дома, никакого представления об архитектуре я не имел. Но так как вырос на улице Советской, признавал только застройку сталинских времен. Все, что смог придумать на первом этаже, – это разные полуколонны на углах дома и выступы на стенах. С пятой попытки нашел в Краснослободске строителей, согласившихся возводить не просто квадратную коробку, а дом с угловыми полуколоннами.Звали строителей: Исропил, Мага и Адам. Бригадиром был у них Ваха. Краснослободские каменщики отказались браться за такое сооружение. 

Ваха был похож на главного героя из фильма «Цыган». Он всегда приходил на работу в черных брюках и белой рубашке. В них он и работал. После того, как его помощники замешивали раствор, Ваха начинал вести кладку, не оставляя при этом ни одной капли цемента на белой рубашке и на руках. Это поражало меня, так как в то время наши каменщики работали совсем в другой робе. 

В самом начале строительства я выложил одну стену и полуколонны (без цемента), чтобы строители могли видеть, какой должна быть стена на противоположной стороне, и по образу и подобию возводили ее. Но строители возвели все колонны на свой вкус, и когда через два дня я приехал взглянуть на результат, стену высотой в метр и длиной в семь метров пришлось разваливать кувалдами. В дальнейшем эта процедура повторялась с регулярной периодичностью. Как я ни старался объяснить и донести свой замысел бригадиру, Ваха делал все по-своему. 

Все расчеты я производил в тетрадке по математике. Мысленно задавал размер клеточкам, например: одна клетка – 1 метр или 50 сантиметров, и прорисовывал высоту, ширину, глубину или длину. 

Чтобы успеть посмотреть, что сделали строители в предыдущий день, объяснить, что делать им дальше, и попасть на работу, я вставал в шесть утра, ехал на пристань, оставлял машину на причале, переправлялся на пароходе, садился в такси прибывал на Сахарный и потом тем же путем возвращался назад. В этих поездках и зародилось название «Сахарный замок». Краснослободские таксисты знали меня в лицо, и когда я садился в машину, задавали один и тот же вопрос: «На Сахарный? К замку?». 

Когда первый этаж был закончен, Олег Дьяконов подарил мне книгу Антонио Гауди, и я понял, что это то, что я искал. Но первый этаж был уже возведен, и применить новые идеи удалось только на фасаде. После того как кирпичную кладку закончили, все стены отшлифовали болгаркой, а углы скруглили молодые русские ребята. Они же обтачивали рюмочные колонны на верхнем балконе. 

Достраивая башню, я решил написать фамилию автора «Сахарного замка» и строителя хутора Сахарный: мой дед по отцовской линии после войны строил хутор Сахарный. Так появилась надпись: DOM DANILСHUK и мой горельеф. Отливая буквы, я не сообразил, что делать их нужно в зеркальном отражении, поэтому, когда их стали крепить на стену, крепления пришлось переделывать, а букву N переворачивать. 

Арочные колонны над входом в дом, а также кобру и фонтан над бассейном я делал с другими каменщиками. Их звали Чингиз и Мамед. Строительные подпорки изготавливали из молодняка ясеня. Все деревянные конструкции я заказывал в лесхозе, поэтому доски и брус в доме сделаны из местного ясеня, клена, тополя и дуба. 

Каждый раз строители сомневались, что созданная мной конструкция для возведения арок выдержит нагрузку и не рассыплется до того, как цемент успеет застыть. Но всякий раз их опасения оказывались напрасными. Через два года я взялся за забор. Для возведения забора использовал рифленые металлические листы, которые отдал мне Александр Глебов после завершения строительства легендарного клуба «Молотов гараж». Листы скреплялись между собой проволокой так, чтобы расстояние между ними было примерно сантиметров двадцать пять. Затем конструкцию изгибали по форме заранее вырытого змеевидного фундамента и опускали в него. Когда приехала бетономешалка и стала заливать бетон, часть конструкции не выдержала и лопнула. Пришлось потрудиться, чтобы успеть вернуть вылившийся бетон в другую конструкцию до того, как бетон застынет. После этой истории было принято решение мешать бетон вручную. Возводили забор Сардар, Сукроп и Эльдар. За все время в строительстве «Сахарного замка» участвовали русские, украинцы, ингуши, киргизы, азербайджанцы, цыгане и таджики. Можно сказать, что Сахарный замок строили всем миром. 

После возведения забора я соорудил крепления для создания верхнего наплыва, имитирующего снег. Рисунок на заборе резал болгаркой и вырубал топором по свежему бетону. На следующий год взялся за ворота. Эту конструкцию делал вместе с сыном Давидом, так как приглашенные мастера не решились выполнять такую работу. К тому времени Давид стал уже настоящим мастером. Вместе с ним мы успели возвести в зале камин и сделать кучу других конструкций. 

Еще через год я взялся за Келью. Два молодых парня поселились у меня в бане на все лето. Объяснить или нарисовать то, что я хочу, сделать я не мог, поэтому работали вслепую. Сначала из толстой жести создали купол. Затем произвели купольное армирование и стали набрасывать бетон. Работали вчетвером: я, Давид, Уткур и Азиз. Приезжавшие в гости друзья уверяли меня, что на этот раз я занимаюсь ерундой, и предлагали ехать на рыбалку. Прибывавшие туристы тоже с удивлением смотрели на новый эксперимент. Местные жители выражали сомнения. Да и сам я не был уверен в начатой работе, так как долгие месяцы Келья представляла собой большую кучу серого бетона. 

Когда первый ряд арматуры был залит, мы сделали второе армирование и опять покрыли его бетоном. Работали с 6 утра до 20 вечера без выходных. Чтобы выдержать жару, конструировали на Келье навесы и прятались под ними от солнца. После того, как второй ряд бетона был залит, я стал вырезать из жести каркасы для поддержания бетонных навесных конструкций. Класть бетон нужно было тонкими слоями каждый день, чтобы каждый раз слой ложился на свежий бетон и крепление получалось прочным. Для дополнительной устойчивости в новый ряд свежего бетона вставляли ряды 150-миллиметровых гвоздей (шляпками в бетон) и на следующий день переплетали их оцинкованной проволокой. Всего на Келью ушло около пяти тысяч метров проволоки. Для декоративных деталей использовали детские пластмассовые игрушки, которыми дети играют в песочницах: шары, кубики, фрукты, овощи, цветы и т.д. Разрезали их на две части, заливали цементом и вставляли оцинкованный гвоздь, с помощью которого потом соединяли деталь с Кельей. Таких деталей пришлось изготовить около тысячи. Штукатурили готовую конструкцию белым цементом и только потом красили белой краской. После того, как Келья была закончена, я принял решение перекрасить замок. Изначально замок был темно-шоколадного цвета и из-за этого сильно нагревался летом. Когда мы с Давидом стали перекрашивать дом, к дому стали приезжать туристы и многие из них не скрывали своего недовольства. Иногда из подъехавшей машины доносились возмущенные возгласы: «Вам кто разрешил портить замок? Вы зачем его перекрашиваете?». В таких случаях я обычно отвечал: «Все вопросы к хозяину. Я маляр». 

Келья имеет уникальную витую колонну: две колонны обвивают друг друга, но в отличие от привычных витых колонн эти колонны нигде не соприкасаются друг с другом. Эти колонны поддерживают фронтон Кельи, хотя по законам архитектуры они не могут нести нагрузки. Возможно, это единственный образец двух независимых витых колонн в мире. В любом случае, это большая редкость и мне подобные образцы не попадались. 

Начатое в мае строительство я смог завершить в октябре. Так «Сахарный замок» стал достопримечательностью Волгограда. За все эти месяцы у меня был только один выходной. В этот день был день рождения моего товарища. 

В «Сахарном замке» есть одна незавершенная деталь – это крыша. Сейчас крыша двускатная и двухъярусная, а у замка она должна быть необычной. Я уже разработал новый дизайн и придумал, из каких материалов сделаю ее. Осталось найти на это время, собраться с силами и тряхнуть стариной».

 

 

Новый номер журнала

ООО «Издательство «Альфа»